Епископ Ковровский Афанасий (Сахаров) - святой мученик Владимирской тюрьмы

Во Владимирском централе есть необычная деталь: в тюремном храме размещены иконы двух бывших заключённых — они были причислены Церковью к лику святых.

В 1920‑х годах, с укреплением Советской власти, в стране развернулась масштабная антирелигиозная кампания — власти активно боролись с духовенством. Многие православные священники не стали мириться с новыми порядками и оказались в противостоянии с государством, пишет издание "Бренды России".

Среди узников Владимирской тюрьмы был и выдающийся деятель Церкви — преосвященный Афанасий, епископ Ковровский (в миру Сергей Гаврилович Сахаров). Церковь почитает его как исповедника и песнописца, а его личность считают одной из самых ярких в истории русского духовенства того периода.

Епископ Ковровский Афанасий (в миру Сергей Гаврилович Сахаров) впервые оказался под арестом в марте 1922 года. Его привлекли к показательному суду во Владимире — обвиняли в причастности к пропаже церковных ценностей из Суздальского Спасского монастыря. Суд приговорил его к году заключения, однако позже он был освобождён по амнистии. Уже 15 июля 1922 года епископа вновь арестовали, но 22 июля выпустили; в сентябре того же года его снова взяли под стражу и поместили во Владимирскую тюрьму.

Именно в заключении зародилась необычная литургическая традиция: 10 ноября 1922 года в одной из камер Владимирской тюрьмы впервые совершили празднование в честь Всех русских святых по исправленной службе. Важную роль в этом сыграл сам владыка Афанасий. Осенью 1922 года, находясь в 17‑й камере, он встретился с единомышленниками — почитателями восстановленного праздника. По словам епископа, в группу входили 11 человек, в том числе архиепископы Никандр (Феноменов) и Фаддей (Успенский), епископы Корнилий (Соболев) и Василий, архимандрит Филарет, протоиереи Сергий Глаголевский и Николай Счастнев, священник Сергий Дурылин, а также другие церковные деятели. В ходе оживлённых бесед арестанты начали пересматривать и дополнять службу, изданную в 1918 году, и высказали идею о том, чтобы её можно было совершать не только во вторую неделю по Пятидесятнице, но и в другие дни.

После трёх лет заключения, в феврале 1925 года, епископ Афанасий вернулся во Владимир, чтобы заниматься церковными делами. Однако уже в начале января 1927 года его вновь арестовали — на этот раз по обвинению в принадлежности к группе архиереев под руководством митрополита Сергия. За этим последовали новые этапы, тюрьмы и лагеря. С апреля по сентябрь 1936 года он снова содержался во Владимирской тюрьме: его обвиняли в участии в контрреволюционной организации «истинно православной церкви» и в следовании «антисоветской платформе ссыльного епископата».

В 1939 году владыка Афанасий чётко обозначил свою позицию: как верующий человек и служитель Церкви он не мог разделять взгляды воинственно безбожной власти в вопросах религии и церковного служения. В своих воспоминаниях он подвёл итог своему архиерейскому пути: к 27 июня (по старому стилю) 1954 года исполнилось 33 года его архиерейства, из которых более 21 года пришлось на пребывание «в узах и горьких работах», около 6,5 лет — на изгнание, немногим менее 3 лет — на епархиальное служение и примерно столько же — на время, когда он был на свободе, но не у дел.

Епископ Афанасий ушёл из жизни 28 октября 1962 года. К 1998 году его полностью реабилитировали по всем делам, возбуждённым с 1922 года. В 2000 году на юбилейном Архиерейском Соборе его прославили в лике новомучеников и исповедников Российских, канонизировали и причислили к лику святых. Сегодня он — один из особо почитаемых святых среди тех, кто прошёл через тюремные испытания.

Фото: nevsky.prihod.ru